Как глобальные кризисы изменили авиационное страхование

11 сентября 2001 года. 8:46 утра. Самолёт American Airlines врезается в Северную башню Всемирного торгового центра.

Через 17 минут — второй удар.

Мир замер…авиация замерла… небо над Америкой закрыли впервые в истории.

А в лондонских и нью-йоркских офисах страховых компаний началась паника, потому что они понимали то, чего не понимали зрители у телеэкранов: это не просто теракт, это крупнейший страховой случай в истории человечества.

Четыре самолёта уничтожены, тысячи погибших. Башни-близнецы, которые стоили миллиарды, превратились в пыль. Бизнес-центры, офисы, имущество — всё это было застраховано и авиационные страховщики отвечали за самолёты, за пассажиров, за ущерб на земле.

Общая сумма выплат по авиационным рискам превысила 7 миллиардов долларов, для сравнения: вся годовая премия мирового авиационного страхования составляла тогда около 2 миллиардов.

Индустрия оказалась в минусе на десятилетия вперёд.

Страховщики на грани

В первые дни после 11 сентября страховые компании делали то, что не делали никогда: массово отзывали покрытие. Полисы авиакомпаний переставали действовать, потому что война и терроризм были исключены из стандартных условий.

Авиаперевозчики оказались перед выбором: либо немедленно прекратить полёты, либо найти новые деньги под совершенно другие тарифы.

Нашли — через две недели после терактов авиакомпании заплатили за страховку в пять раз больше, чем платили до 11 сентября, а лимиты ответственности снизились в десять раз.

Но главное — появилось новое понятие: военные риски для гражданской авиации, то, что раньше было теоретическим исключением, стало ежедневной реальностью.

Новые правила игры

Что изменилось после 2001 года?

Первое. Терроризм перестал быть исключением. Стал отдельным продуктом. Теперь авиакомпании могут купить защиту от терактов — за отдельные деньги и по отдельным правилам.

Второе. Появились государственные программы поддержки. Западные правительства поняли: если страховщики обанкротятся, авиация встанет. Пришлось создавать резервные фонды и гарантии.

Третье. Безопасность стала стоить дороже. Страховщики начали требовать от аэропортов и авиакомпаний таких мер защиты, о которых раньше никто не думал. Досмотр багажа, закрытые кабины пилотов, усиленные двери — всё это оплачено страховыми премиями.

Четвёртое. Перестрахование стало глобальным. Риски распределились по миру так, что ни одна катастрофа больше не могла уничтожить рынок в одиночку.

Пандемия: самолёты не летают, но счёт идёт

2020 год. COVID-19.

Авиация остановилась. Самолёты встали на прикол в пустынях Австралии и США. Аэропорты опустели. Пассажиров нет.

Казалось бы, страховщики должны радоваться: нет полётов — нет аварий. Но радоваться было нечему.

Потому что самолёты на земле — это свои риски:

Страховщики заплатили миллиарды за самолёты, которые просто стояли. А потом — за ошибки, когда авиакомпании начали летать снова.

Пандемия научила одному важному уроку: риск есть даже тогда, когда ничего не происходит.

Русский вызов: 2022 год и новая реальность

Февраль 2022 года.

Западные санкции против России. Закрыто небо. Арестованы самолёты за границей. Отключены системы поставки запчастей. И главное — ушли западные перестраховщики.

Российские авиакомпании оказались в ситуации, в которой не была ни одна авиация мира: летать надо, страховка нужна, а западные партнёры ушли.

Что делать?

Ответ нашла Российская Национальная Перестраховочная Компания (РНПК). Она взяла на себя риски, от которых отказался весь мир. Включая военные риски.

Да, вы не ослышались: с 2022 года в российских полисах появилось покрытие военных рисков. То, что всегда было исключением, стало правилом.

Самолёты, летающие над приграничными регионами, над зонами СВО, над Чёрным морем — все они застрахованы и страховщики платят, когда случается беда.

Примеров много: рейс AZAL под Актау, несколько инцидентов с беспилотниками, каждый раз страховые компании выполняют свои обязательства.

Военные риски стали гражданскими

Это, пожалуй, главное изменение последних лет.

Раньше фраза «самолёт сбили» звучала как что-то невозможное для гражданской авиации теперь это реальность.

Страховщики научились считать риск от ракет и дронов так же, как раньше считали риск от грозы или птиц. Появились специальные продукты, специальные тарифы, специальные оговорки в полисах.

Украина, Израиль, зоны конфликтов в Африке — везде гражданские самолёты летают под страховкой, которая покрывает военные риски. Это стоит безумных денег, но это работает.

Будущее, которое уже наступило

Что дальше?

Беспилотники. 

Небо заполнится дронами, они будут возить грузы, почту, еду, а потом — пассажиров. Как страховать то, у чего нет пилота? Вопрос без ответа.

Кибербезопасность. 

Современный самолёт — это компьютер с крыльями. Его можно взломать, угнать, посадить дистанционно. Киберриски становятся страховой реальностью.

Климат. 

Ураганы сильнее, грозы чаще, погода непредсказуемее. Страховщикам придётся пересчитывать всё, что они знали о метеоусловиях.

Космос. 

Коммерческие полёты в космос перестали быть фантастикой. Страхование космических туристов — это уже не завтра, это сегодня.

Авиационное страхование всегда опаздывало за реальностью ровно на одну катастрофу. Каждый раз, когда случалось что-то страшное, страховщики говорили: «Мы этого не учитывали». И каждый раз они учились учитывать.

Сегодня авиация — самый безопасный вид транспорта. Не только потому, что инженеры строят надёжные самолёты, но и потому, что страховщики создали систему, которая заставляет всех — авиакомпании, аэропорты, производителей — вкладываться в безопасность.

Страховка не спасает жизни, но она делает так, чтобы жизни спасали.