1965 год, до высадки человека на Луну — ещё четыре года, космос — это поле битвы холодной войны, полигон для демонстрации технологического превосходства сверхдержав. Юрий Гагарин облетел Землю всего четыре года назад, каждый запуск — лотерея, каждый полёт — подвиг.
И в этой обстановке появляется безумная идея: сделать космос коммерческим — запустить спутник не для шпионажа, не для престижа, а для того, чтобы зарабатывать деньги. Передавать телевизионный сигнал через океан и брать за это плату.
Звучало как фантастика, но именно так родился проект Early Bird — «Ранняя пташка» — Первый в мире коммерческий спутник связи.
И его нужно было застраховать.
Ранняя пташка: что такое Intelsat I
6 апреля 1965 года NASA запустило спутник Intelsat I, который вошёл в историю под именем Early Bird, он был создан для компании Comsat по заказу только что образованного международного консорциума Intelsat.
Что это была за машина?
По сегодняшним меркам — смехотворно простая. вес — всего 68 килограммов, мощность — 40 ватт (лампочка в холодильнике), ёмкость — 240 телефонных каналов или один телевизионный канал, срок службы — полтора года (проработал, кстати, четыре).
Но для 1965 года это было чудо инженерной мысли, спутник вышел на геостационарную орбиту и навис над Атлантикой, соединив Америку и Европу, впервые телезрители по обе стороны океана могли смотреть прямые трансляции друг друга.
А самое главное — Early Bird стал первым космическим аппаратом, который рассматривался не как экспериментальный, а как коммерческий актив, у него были инвесторы, контракты, ожидаемая прибыль и эти инвесторы хотели защитить свои деньги.
Первый полис: кто, когда и от чего застраховал
В 1965 году страховой рынок Lloyd‘s of London выписал первый в истории полис космического страхования.
Объект страхования — Intelsat I (Early Bird).
Страхователь — компания Comsat, оператор спутника.
Что покрывал полис?
И вот здесь самое интересное — первый космический полис был очень скромным. Он включал всего два вида покрытия :
Страхование предстартовой подготовки — риски повреждения спутника на Земле, во время транспортировки, заправки, интеграции с ракетой.
Ответственность перед третьими лицами — если ракета со спутником упадёт и причинит вред людям или имуществу.
Чего в полисе не было?
- Страхования самого запуска;
- Страхования выведения на орбиту;
- Страхования работы на орбите;
- Страхования потери дохода;
Страховщики Lloyd‘s сделали ровно то же, что и пионеры авиационного страхования в 1911 году: застраховали только то, что могли понять и посчитать, самый опасный этап — запуск и выход на орбиту — остался за бортом покрытия, инвесторы рисковали своими деньгами в тот момент, когда спутник отрывался от Земли.
Авиационное наследие
Важный факт: первые космические полисы писали авиационные страховщики .
У них был опыт страхования сложной техники, расчёта рисков при взлёте и посадке, оценки ответственности перед третьими лицами. Космический запуск они рассматривали как очень-очень высокий полёт. Условия страхования просто адаптировали из авиационных правил, а риски перестраховывали на авиационном рынке.
Это определило развитие отрасли на десятилетия вперёд, до сих пор космическое и авиационное страхование идут рука об руку, делят одних и тех же андеррайтеров и перестраховщиков.
Почему это случилось до высадки на Луну
Цитата из аналитической статьи звучит как афоризм: «Этот полис был выписан за четыре года до того, как человек впервые ступил на Луну, и за два года до подписания Договора о космосе — демонстрируя, что космические страховщики всегда должны опережать кривую» .
Действительно, первый коммерческий спутник застраховали раньше, чем человечество юридически определило, кому принадлежит космос. Рынок опередил право. Бизнес оказался быстрее политики.
Это важный сигнал: страхование всегда возникает там, где появляются частные деньги и частные риски. Пока космос был делом исключительно государственным, риски несло государство, как только появился частный инвестор, понадобилась страховка.
Четыре года тишины
После Early Bird рынок космического страхования не взорвался ростом. Следующие несколько лет полисы выписывались редко, под конкретные проекты, и покрывали по-прежнему в основном наземные риски и ответственность.
Спутники оставались дорогими, запуски — рискованными, статистики не хватало, и страховщики не спешили расширять покрытие.
Перелом наступил в середине 1970-х годов, к этому моменту:
- накопилась статистика запусков;
- технология стала надёжнее;
- появилось больше коммерческих проектов;
- страховщики поняли, как считать риски выведения и орбитальной работы.
Именно тогда разработали условия страхования для полного перечня космических рисков. А в начале 1980-х сформировался специализированный рынок космического страхования как отдельное направление .
От первого полиса до зрелого рынка
Эволюция космического страхования выглядит так:
Русский космос: первый полис СССР
В России космическое страхование появилось намного позже, чем на Западе, причина банальна: в СССР космос был полностью государственным, все риски нес бюджет, страхование просто не требовалось.
Ситуация изменилась только в конце 1980-х, когда страна начала двигаться к рынку.
12 ноября 1990 года компания «Ингосстрах» выписала первый в Советском Союзе полис страхования космического аппарата . Застраховали спутник «Горизонт-33» для Министерства печати и информации.
Что покрывал первый советский космический полис?
- Риски на этапах предстартовой подготовки;
- Риски при запуске;
- Риски при вводе в летную эксплуатацию;
Как видите, он был гораздо смелее первого западного полиса 1965 года — включал и запуск, и ввод в строй, к 1990 году мировой рынок уже накопил достаточно опыта и «Ингосстрах» мог опираться на международные стандарты.
Кстати, «Ингосстрах» начал изучать космическое страхование ещё в середине 1970-х, но из-за закрытости темы отложил активные действия на два десятилетия .
Следующий важный шаг — 1996 год, когда в России впервые застраховали ответственность перед третьими лицами при космических запусках . Лимит ответственности по тому полису достигал 500 миллионов долларов.
Что осталось за кадром
История первого космического полиса — это история о том, как страховой рынок учился считать неизвестное. В 1965 году никто не знал, какова вероятность успешного запуска коммерческого спутника. Не было статистики, не было моделей, не было прецедентов.
Страховщики Lloyd’s сделали единственное, что могли: застраховали только то, что понимали. Наземные риски считались по аналогии с авиацией и промышленным оборудованием. Ответственность — по аналогии с наземными объектами, а самое страшное и непредсказуемое — сам запуск — оставили на страх и риск инвестора.
Это сработало. Early Bird успешно долетел, отработал положенное и даже переработал. Инвесторы получили прибыль. Страховщики получили опыт и статистику. Рынок получил первый кирпичик в фундамент.
Вместо эпилога
Сегодня космическое страхование — это зрелый рынок с годовой премией около 700-750 миллионов долларов и общей ёмкостью более миллиарда, страхуют всё: от производства спутников до их утилизации, от рисков столкновения с космическим мусором до потери дохода операторов.
Но начало было положено 6 апреля 1965 года, когда Lloyd’s подписал полис на маленький 68-килограммовый спутник по имени Early Bird.
Тот самый случай, когда размер не имеет значения. Важно — быть первым.